Большинство исламских проектов на Западе (в широком смысле этого слова, подразумевающем немусульманский демократический мир) периода его открытия для Ислама рассчитывались так, что ни им, ни исламской активности в целом там не будет оказываться никакого противодействия.

Люди рассчитывали на добровольное обращение Запада в Ислам, которому его власти будут оказывать чуть ли не содействие, приняв за таковое реалии т.н. мультикультурализма, обусловленные внутренними причинами и перезагрузкой этих стран, к Исламу не имеющими никакого отношения.

Теперь, когда этот мультикультурализм по таким же внутренним причинам сворачивается, очевидно, что противодействие будет оказываться и уже оказывается самое серьезное.

Две ошибочные линии поведения в этой связи:

1) Продолжать действовать так, как будто бы ничего не изменилось. Удивляться оказываемому противодействию, возмущаться ему, пытаться усовестить тех, кто его оказывает, апеллируя к правилам игры, уже фактически признанным недействительными. Самое главное и худшее — отказываться понимать, что в этом смысле происходит и прятать голову в песок.

2) Осознав всю глубину и сложность возникшей ситуации, считать, что никаких проектов и активности в этих условиях уже быть не может.

Впрочем, это, пожалуй, правильный вывод, но только для тех, кто не видит этой активности иначе как в форме и с содержанием, которые были возможны раньше. Таким людям, действительно, лучше освободить поляну, и чем быстрее они поймут, что как раньше уже не будет, тем лучше будет — и для Ислама в целом, и для них в частности.

Адекватная же, новая линия исламской активности может быть представлена только людьми, глубоко понимающими реалии обществ, в которых они живут, идеально — порожденных ими и сознательно пришедших в Ислам, знающими изнутри эти общества, их историю, культуру, ментальность и исходя из этого генерирующих новые форматы исламской активности в них, учитывая всю сложность проблем, которые у них возникают.